Будущее пластической хирургии начинает вызывать сомнения даже у её самых преданных адептов. Шон и Кристиан, достигшие вершин профессии, теперь видят её ограничения не только в операционной, но и в собственной коже. Шон делает инъекции, пытаясь остановить время, а Кристиан затягивает лицо, превращая себя в ходячую рекламу их ремесла. Его видео в интернете становится не просто пиар-ходом, а манифестом одержимости, где хирург становится собственным пациентом, стирая грань между врачом и материалом для эксперимента.
Пока они борются с собственным старением, Лиз встречает девушку, которая не может принять себя в том виде, в котором существует. Её отказ от собственной внешности становится зеркалом для всей клиники - если даже самые искусные руки не всегда могут подарить гармонию, то в чем смысл их работы? Три линии - профессиональный кризис Шона, самопиар Кристиана и поиски идентичности новой знакомой Лиз - переплетаются в этом эпизоде, заставляя героев задуматься о том, что пластика может изменить лицо, но не всегда меняет жизнь. В мире, где каждый второй пациент пытается перекроить себя, хирурги начинают осознавать, что иногда самые важные операции происходят не на столе, а внутри головы.